Воспоминания Руслана Цаликова. Как строился Водоканал
База ГУП «РПВВ», где сосредоточены все службы Водоканала, была построена еще в советские годы. В 2021 году она едва не ушла с торгов в частные руки, но ее удалось вернуть в республиканскую собственность, полностью обновить и создать комфортные условия для сотрудников.
Хотим поделиться воспоминаниями Руслана Цаликова — человека, который стоял у истоков современного водного хозяйства республики. Оказывается, оно создавалось так же, как сейчас модернизируется — при поддержке федерального центра.
Меня вызвали в горком партии и сообщили, что у них есть мнение назначить меня начальником Горводоканала. И я пошел работать. Сразу предупредили, что подразделение работает плохо, предыдущий начальник просто бросил работу и убежал в Азербайджан, даже документы свои с работы не забрал.
А я в детстве золотарей застал еще. Это те, кто бочками вывозили нечистоты на лошадях, раньше же во дворах были выгребные ямы, они заполнялись, и тогда вызывали бочкарей. Я еще пацан был, когда канализационные трубы прокладывать начали. И вот я пришел в водопроводно-канализационное управление, а там все запущено, хозяйство совсем маленькое. Находился горводоканал в парке, где теннисные корты, на маленькой территории.
Я построил базу современного Горводоканала, где он до сих пор находится. Причем построил обманным путем. Я обманул заместителя федерального министра, чтобы нас включили в титульный список РСФСР на строительство. Это вышло случайно. Здесь проводилось какое-то совещание, посвященное скольким-то там годам советской власти в Осетии. Были гости из Москвы, в том числе и замминистра коммунального хозяйства РСФСР. Я тогдашним своим начальникам Чельдиеву и Цагараеву говорю: «Дайте мне его на один день, познакомлюсь, хоть в Москве в гостиницу поможет потом устроиться». Они спрашивают: «Просить точно ничего не будешь? Смотри не проси», и я пообещал, что ничего и ни за что.
Вот я накрыл стол в ресторане Нар в парке. Чельдиев и Цагараев хоть и пили, но воздерживались, ведь им еще в президиуме сидеть. А замминистра выпил, и я им говорю: «Вы идите, а мы по парку погуляем». И когда они уходили, Чельдиев мне по-осетински говорит: Смотри, ничего у него не проси!»
А я сразу повез большого человека на Редант показать водозабор. У меня там специальная бригада работала, натянули надежную сетку, поставили военизированную охрану, а раньше там скот пасся. Та наша ограда до сих пор стоит. Он увидел, как охрана мне отрапортавала, ему понравилось. Тогда мы эксплуатировали 23 скважины, разбросанные по довольно большой территории, ходить включать-выключать дежурному довольно сложно было. И я заказал проект, чтобы ими управлять с одного места. По проекту там на каждую скважину три кнопки: включить, выключить и желтая аварийная. Замминистра не мог поверить в такую автоматизацию в захолустье. Я при нем все выключил, все показал, на него это произвело впечатление. Потом приехали к нашему управлению, которое было в 1887 году организовано, когда золотари были.
Он спрашивает: «А сюда зачем приехали?». Я ему говорю, что просто посмотреть. Он мне: «А что тут смотреть, я и отсюда все вижу. Строиться хочешь? Проект есть?». И я его обманул, что есть проект. Если бы я сказал, что нет, то он бы дал денег только на проект, а потом бы что-нибудь поменялось. Вот так у нас появилось современная контора.
Много тогда делалось для развития нашего хозяйства. Как-то поехал я в Москву, напросился к начальнику Главводоканала министерства ЖКХ СССР Демидову. Он согласился меня принять на 10 минут, а просидел я там полтора часа. Я ему говорю: «На базе нашего управления можно сделать образцовое». И Демидов согласился сделать у нас образцовое управление, чтобы могли приезжать из других регионов и смотреть, как должно быть, чтобы на нашей базе могли проводить курсы повышения квалификации.
Но самое важное, что я сделал – это реконструкция всего канализационного хозяйства. Как я этого добился: постановлений и решений на самом высоком правительственном уровне было много, но люди ими не пользовались. Я, можно сказать, держал писца, который писал письма «на основании такого-то постановления дайте вот это, на основании того – дайте деньги» и т.д. Пробивал для Горводоканала возможности. Чельдиев и Цагараев охотно давали добро и подписывали мне документы и письма. На Северном Кавказе мы были единственными, кто выполнил постановление ЦК КПСС об очистке бассейна Каспийского моря. Города, которые сбрасывают стоки, должны были прекратить это делать и построить очистные сооружения. И мы это сделали. Ну и, наконец, главное – строительство очистных сооружений. Станция очистных сооружений – это моя гордость, я пробил ее бесконечными письмами.
Я проработал в Горводоканале около десяти лет и много успел сделать, да и планов было много. Я когда пришел в организацию, только у двоих сотрудников было высшее образование, всего в управлении работало 140 человек, а когда я уходил оттуда, там работало 800 человек, я инженеров с высшим образованием работало человек 15, такие маститые, я отставных офицеров принимал, мне нравилось, как они работали. Там все прекрасные работники были. До сих пор документация актуальна, которую готовил инженер Мириков, он до водоканала в Вене заведовал железными дорогами. Вот такие образованные люди были. Их в этой сфере до сих пор мало, все наперечет.
Если мою жизнь оценивать, то за эту работу обо мне можно сказать что-то хорошее, если я что-то полезное сделал, так это Водоканал.
